Забайкальский край и Республика Бурятия приступили к формированию межрегионального кластера по глубокой переработке шерсти. Проект объединит производителей сырья, переработчиков, дизайнеров, трикотажные и швейные цеха. Такая кооперация призвана вернуть престиж овцеводству за Байкалом, загрузить промышленные мощности и обеспечить уникальной продукции конкурентоспособность на мировом рынке.
Побочный продукт?
«В отношении овцеводства сравнение «как было и как стало» – болезненное для обоих регионов. Например, в Забайкалье в советский период были времена, когда поголовье овец составляло 4-4,5 млн животных. В 2024 году в том же Забайкалье насчитывалось 243 тыс. овец, в Бурятии – 280 тыс.», – рассказали в ФАНУ «Востокгосплан».
За 2025 год точных данных пока нет, опубликована статистика по овцам и козам в совокупности, и предварительно можно рассчитать, что численность овец составила в Забайкалье около 230 тыс. особей, а в Бурятии – около 260 тыс.
Сегодня на спасение отрасли направлены большие усилия и значительные средства – например, перечисляются субсидии сельхозпроизводителям, работают инициативы «Семейная ферма. Забайкалье (отара)», «Социальная отара» в Бурятии. В Забайкальском крае запустили крупный проект строительства овцеводческих монокомплексов. В конце прошлого года в Бурятии официально учрежден Союз овцеводов, призванный объединить разрозненные овцеводческие хозяйства для системного развития отрасли.
Очень важной задачей для обоих регионов является обеспечение рынков сбыта для шерсти.
«С каждым годом сокращается число хозяйств, желающих заниматься племенным скотом. Можно сказать, что шерсть является побочным продуктом животноводства. В то же время вести агробизнес только за счет реализации мяса сегодня не совсем рентабельно. Создание кластера по глубокой переработке шерсти вместе с соседями из Бурятии позволит нам заинтересовать предприятия заниматься производством и переработкой шерсти», – считает глава минсельхоза Забайкальского края Альбина Корешкова.
Из агинской шерсти
О кластере заговорили неслучайно. Сильные цепочки кооперации существовали, например, в СССР. Шерсть забайкальских тонкорунных овец (эту замечательную породу вывели советские селекционеры) отправляли в Улан-Удэ на мойку, откуда она возвращалась на огромный камвольно-суконный комбинат (КСК) в Чите. Сегодня КСК разрушен, производства замкнутого цикла в прежних масштабах нет.
А что есть? В Агинском Бурятском округе Забайкалья с 2009 года работает предприятие по первичной обработке шерсти «Руно» – крупнейшее за Уралом. Оно скупает у фермеров сырье, промывает, чешет и пускает в дело: часть идет на матрасы и одеяла, часть – на экспорт в Китай и Индию, остальное забирает бурятский СПОК «Темник» для производства войлока и «Байкальский Текстильный Комбинат» в Бурятии для выпуска ниток.
В 2022 году «Руно» открыло трикотажный цех, единственный в Забайкалье, где из той же шерсти вяжут пледы, шапки, жилеты и так далее. Руководитель цеха Эржена Хан – экономист по образованию. Именно ее энергии и предприимчивости обязано это производство своим развитием. На модернизацию взяли заем в Фонде развития промышленности Забайкальского края – 16 млн рублей под 2% годовых на семь лет. Закупили вязальные машины, паровое оборудование. Результат объединения усилий предпринимателей и господдержки: бренд «Руно» вошел в «Сто лучших товаров России», предприятие победило в акселераторе АСИ по промышленному туризму, вышло на маркетплейсы и международные рынки.
В декабре прошлого года «Руно» выпустило коллекцию пледов в коллаборации со знаменитым художником Даши Намдаковым и московским брендом TELO – изделия из агинской шерсти с авторским рисунком. Сейчас реализуется уже второй совместный проект. Бренд TELO адаптировал художественную работу московской художницы Маши Янковской для агинских пледов.
«Натуральная шерсть в сочетании с современным искусством позволяет создавать предметы интерьера, которые одновременно являются и функциональным текстилем, и художественным объектом. И это уже больше, чем просто плед – это картина, фотография, это застывшее мгновение. Это та вещь, которой можно гордиться! И мы очень рады, что наши предприятия замечают, что с ними охотно работают. Это значит, что они на верном пути», – говорит министр экономики Забайкалья Жаргалма Бадмажапова.
Объединить усилия
В прошлом месяце на предприятие «Руно» в Агинское приехала делегация из Бурятии во главе с зампредом правительства – министром сельского хозяйства республики Амгаланом Дармаевым. Вместе с ним – производители войлока из СПОК «Темник», текстильщики из «Ажур-Текса» и представители племенного хозяйства СПК «Ульдурга». Цель – посмотреть на то, что уже работает в Забайкалье, и обсудить, как можно объединить усилия.
Увиденное впечатлило. Гости убедились: производство полного цикла – действующая практика. При этом мощности забайкальского предприятия загружены не до конца, а значит, бурятские овцеводы уже сейчас тоже могут сдавать туда сырье.
Кстати, в Бурятии собираются заняться и собственной переработкой. Здесь намерены запустить линии мойки и чесания для «Ажур-текса». Туда пойдет пух, а грубое сырье будут также направлять в «Темник» на производство войлока.
В основу кластера ляжет кооперация не менее пяти производственных предприятий, которые выстроят полную технологическую цепочку: сырье (овцеводческие хозяйства Забайкалья и Бурятии) – первичная переработка (мойка, подготовка шерсти) – производство ниток и войлока – выпуск готовой продукции (местные бренды, использующие шерсть для пошива одежды, изготовления пледов, одеял и пр.).
«Между участниками этого кластера возникают обязанности по сбыту. Допустим, мы будем обязаны покупать продукцию у нашего поставщика в течение определенного времени, – объясняет механизм Эржена Хан. – Таким образом, если качество нас устраивает, мы получаем гарантированные поставки, а поставщик – гарантированный спрос».
Государство поддерживает создание таких объединений: это и поддержка со стороны Минпромторга России по компенсации затрат до 150 млн рублей на закупку пилотных партий для участников кластера, и займы от Фонда развития промышленности под льготный процент на оборудование – как новое, так и бывшее в употреблении.
Между тем на расширение производства рассчитывает каждый потенциальный участник будущего кластера. Так, кооператив «Темник» в прошлом году обновил оборудование и теперь планирует выйти на мощность 60–70 тонн войлока в год. Для этого ему понадобится около 100 тонн сырья.
Возможность вырасти
Когда речь заходит о кластере, часто имеют в виду мощные кооперации. Например, судостроительный кластер – это верфи, производители комплектующих, порты, НИИ, вузы и тд. Несколько небольших предприятий из Агинского и Улан-Удэ демонстрируют совсем другой масштаб.
«Да, это будет кластер для малого бизнеса – и он сейчас очень актуален. В одиночку сложно. Когда небольшие компании объединяются, то получают возможность вырасти. Наше предприятие по большому счету – просто один из местных производителей. А уже кластер будет представлять совсем другой интерес для инвесторов и партнеров», – отмечает Эржена Хан.
Это поможет в том числе повысить престиж овцеводства, поднять конкурентоспособность местной шерсти. Когда переработка запустится на полную мощность, фермерам будут платить больше – а значит, держать отары снова станет выгодно.
«Если объемы выпуска нашей продукции будут расти каждый год, мы с уверенностью станем покупать у фермеров шерсть по хорошим ценам. Сейчас мы не можем позволить себе платить 100–150 рублей за килограмм. Но если будут стабильные заказы – сможем», – добавляет Эржена Хан.
Производственные мощности предприятий, работающих на территории Забайкальского края и Бурятии, позволят уже в этом году начать подготовку к запуску будущего кластера. Для реализации проекта в ближайшее время будет сформирована рабочая группа, в которую войдут представители двух регионов. Ее участники создадут дорожную карту возрождения традиционной отрасли.